История медицины в Японии

Российское бюро переводов

Известные нам древние японские хроники (Кодзики, 712; Нихонги, 720) содержат несколько медицинских глав и рассказывают о двух божествах – Оонамути-но Ками и Сукунахикона-но Ками), явившихся основоположниками целительства в древние времена. Действительная же, однако, история японской медицины, началась после развития с III века н.э. культурных связей с Китаем. С тех пор, она последовательно испытала иноземное влияние Китая, Португалии, Голландии и других  стран Европы, в ходе чего обозначились и проблемы перевода.

С Китаем связано как проникновение в Японию, начиная с III века, иероглифической письменности, так и завоз первых врачебных рукописей, когда корейский учёный Вани привёз с собой конфуцианские книги и обучил принца Вакайрацуко основам «Материя медика» («Пен Цао»). Стоит отметить, что Корея играла основную роль в передаче медицинских знаний из Китая в Японию, а первые собственно корейские научные труды достигли Японии в 459 г.

С середины VI века, в эпоху императора Киммэя, в Японию проникает буддизм и берет на себя системообразующую функцию в образовании и медицине, и уже через полвека японская молодёжь направляется в Китай с целью изучения медицины, пока в 702 г. в Японии не будет основана медицинская академия. Использовавшиеся в ней учебные книги представляли собой легко узнаваемые китайские труды в японском переложении.

В период Нара (710-784 гг.) буддизм оказывал значительное влияние на медицину через китайских бонза. Всплеск любви ко всему китайскому пришёлся на период Хэйан (794-1185 гг.), и его результатом стало появление китайско-японских глоссариев, и хотя множество медицинских книг всё ещё ввозилось из Китая, Япония начала, образно говоря, становиться на собственные ноги, и в начале XIX века появились японские трактаты, такие как «Яккей тайсо» и «Дайдо руйдзю хо» и иные работы. Ныне считается, что в этот период японская медицина развилась, фактически, уже до степени научной дисциплины с теоретическими исследованиями и терапией, включавшей в себя фармакогнозию, акупунктуру, прижигания, половую гигиену, практики продления жизни, ветеринарию.

Неудивительно, что и основным языком большей части врачебных книг был китайский. И всё же, среди наиболее значительных книг некоторые были уже на японском языке, что, в частности, обнаруживается в период Камакура в виде трактата по клинической медицине, учебной книге по фармацевтике и медицине и иных работ.

Даже после падения Камакуры, когда в последовавшей шестидесятилетней гражданской войне победу одержал род Асикага, при котором начался период Муромати (1338 – 1573 гг.), влияние китайского языка всё ещё было ощутимым. Множество китайских книг было переведено священнослужителями-буддистами, которые также создавали и компиляции работ своих предшественников. В конце концов, первым печатным трудом на японском языке стала медицинская энциклопедия «Исё-Тайдзен», составленная Асаем Содзуем в 1528 году. Положенное, таким образом, знаменательное начало профессионального использования японского языка во врачебной деятельности ожидали не менее великие перемены под влиянием последовавших эпох.

В 1542 году до островов Кюсю и Танэгасима добрались португальские торговые корабли, ставшие первыми посланцами Запада в Японии. В результате последовавшего проникновения христианских миссионеров с массовым обращением местного населения, включая даже Даймё (крупных феодалов), в новую веру, по воле одного из последних в 1556 г. в Фунай (ныне Оита) был основан госпиталь, руководство которым было поручено португальскому иезуиту Луишу де Алмейда (1525-1583 гг.). Алмейда стал первым европейским врачом, известным в Японии, в которой, а именно в Фунай, он до конца своих дней вел как практическую врачебную деятельность, так и обучал медицине и хирургии, что весьма поспособствовало росту популярности европейской хирургии в Японии и дало начало японской школе хирургии. В ту эпоху работал устный медицинский переводчик, известный под именем Ниси Китибэй, работавший с португальским языком постольку, поскольку данный язык стал региональным лингва франка на период до конца XVII века и использовался для переговоров с правительством.

Тем не менее, конец XVI века ознаменовался гражданской войной и религиозным расколом, с последовавшими гонениями на христиан и изгнанием иезуитов из Японии. Как результат, даже будучи обязанным своим развитием португальскому влиянию, японская медицина продолжала опираться на китайскую, что отразилось и в сохранении практики перевода врачебной литературы с китайского языка на японский. В частности, в 1592 г. появилась обновлённая компиляция под уже известным названием «Материя медика» («Пен Цао»), тогда как запрет для деятельности других иностранцев продолжал действовать , сделав, к седине XVII исключение лишь для голландцев, впервые высадившихся в Японии с торговыми целями в 1609 г.

Обосновавшиеся в виде торговой фактории на искусственном острова Дэдзима в бухте Нагасаки, голландцы не смогли преодолеть всех трудностей перевода посредством всё ещё популярных в Японии португальского и китайского языков, и японское правительство было вынуждено основать школу переводчиков (прибл.1678 г.). Параллельно, своих переводчиков готовила Голландская Ост-Индская компания. Последние, с ростом профессиональной квалификации, обучались и медицине. В их числе известны такие имена как Шембергер, Хоффман, Кац, Даннер, Палм и др. Наиболее одарённые ученики основали свои медицинские школы, давшие жизнь целым династиям медицинских переводчиков – Нарабайяси, Ниси, Йоси, известных в качестве как устных, так и письменных переводчиков. В отличие от португальского периода, голландский стал особенно продуктивным в сфере переводов, не особенно поколебав, однако, традиционного почитания китайской медицины. Лишь после официального дозволения на ввоз медицинской литературы из Голландии с 1720 года масштаб переводческой деятельности в этом русле значительно возрос, а местные придворные японские переводчики были уполномочены учить нидерландский язык и приобретать голландскую литературу.

На протяжении последовавших исторических эпох, в целом и, в конечном счёте характерна как тенденция к росту авторитета европейской медицины в Японии, так и уважение к новшествам китайской медицины. Испытав с начала XX века возраставшее влияние немецкой медицины, но пережив такие глобальные потрясения, как Первая и Вторая мировые войны, японская медицина постепенно избавилась от комплексов перед европейской, и зарубежные преподаватели были планомерно заменены национальными японскими. С целью разрешения терминологических трудностей Японское общество анатомии опубликовало в 1963 г. японо-латинскую номенклатуру или японскую анатомическую номенклатуру Кайбогаку Його.  Помимо неё, уже в 30-х гг. XX века стали появляться специальные терминологические словари для переводчиков, число которых для различных направлений медицины с середины XX века значительно возросло, сопоставляя с японскими эквивалентами терминологию сразу нескольких европейских языков, включая, разумеется, и поныне традиционно актуальную для научной среды латынь, что можно рассматривать как дополнительную лингвистическую параллель того исторического пути, которым научные познания, вместе с языками, распространялись по миру с древних времён.